Предисловие
Начавшийся во второй половине 80-х годов в СССР процесс демократизации и
«перестройки», вызвал рост национального движения в союзных и автономных
республиках. Все чаще в республиках Балтии, Молдове, Грузии, Армении, на
Украине, да и в самой России звучали призывы отказаться от унитарной формы
построения союзного государства, перейти к конфедерации, а радикальная часть
национального движения в республиках требовала выхода из состава СССР.
Усилившаяся конфронтация между Горбачевым и Ельциным, после избрания последнего
президентом России ускорила развал СССР. Центр, стремясь удержать строптивые
республики, инспирировал создание в некоторых из них «интерфронтов», а в других
противопоставил республиканским властям автономии.
Так начался парад суверенитетов автономии на территории бывшего СССР, в том
числе и в Грузии: объявление Абхазии суверенной республикой, Юго-Осетинской
автономной области – республикой.
Попытка горбачевской команды на переговорах в Ново-Огареве заключить новый
союзный договор совместно с автономиями не смогла остановить быстро
развивающийся процесс дезинтеграции СССР. После августовского путча распад
советской империи стал реальностью. Но имперские силы в республиках не сдавались
и продолжали бороться за восстановление СССР и коммунистического режима.
На примере Грузии наглядно видно как Кремль и спецслужбы СССР противопоставили
автономии республиканским властям.
Парламентская группа «Союз» Верховного Совета СССР вела успешную антигрузинскую
подрывную работу в Абхазии и Южной Осетии, делая все, чтобы воспрепятствовать
выходу Грузии из состава СССР.
Это и явилось одной из главных причин начавшихся этнополитических трений,
которые, к сожалению, переросли в вооруженную борьбу между грузинами и
осетинами, грузинами и абхазами.
О том, как поддерживался абхазский сепаратизм извне прекрасно показано (на
основе фактов и документов) доктором искусствоведения С.М. Червонной (*1).
Масло в огонь подлили и радикальные лидеры национально-освободительного движения
Грузии своими поспешными, необдуманными действиями, высказываниями и призывами
на митингах, в прессе и по телевидению. Вспомним, хотя бы многотысячный поход на
Цхинвали в декабре 1989 года. Зачастую их некомпетентность, политическая
близорукость, амбициозность, националистический популизм способствовали усилению
и углублению начавшейся конфронтации. Никто из этих лидеров не хотел думать,
какой отклик получат их призывы и лозунги у проживающих в Грузии абхазов и
осетин и представителей других национальностей.
Политика Звиада Гамсахурдиа, ставшего в ноябре 1990 года председателем
Верховного Совета Грузии, а затем и первым президентом страны наглядно
свидетельствует, что не всегда диссиденты становятся мудрыми правителями встав
во главе государства. Иллюстрацией этому является та поспешность, с которой З.
Гамсахурдиа обратился к парламенту Грузии в ноябре 1990 г. с предложением
ликвидировать Юго-Осетинскую автономную область, кстати, аплодисментами
встреченным оппозицией. О последствиях никто не хотел думать. Что последовало за
этим мы все хорошо знаем: военные приготовления в Цхинвали и антиосетинский
синдром в Грузии.
Но политика не бокс, где на удар непременно надо ответить ударом. Политика –
дело тонкое, это искусство возможного, искусство компромисса, это мудрость и
дальновидность.
Кстати, в своих предвыборных выступлениях З. Гамсахурдия обещал не трогать
автономии в Грузии.
О политической близорукости экс-президента и его команды говорит и избирательный
закон, принятый по их предложению летом 1991 года в Абхазии, который нарушал
демократические права грузинского населения. В 65-местном парламенте абхазам
предоставлялось 28 мест, грузинам – 26, представителям остальных национальностей
– 11.
В. Ардзинбе и его сторонникам развязали этим руки для усиления своих позиций и
начала гонений на грузин. Вслед за этим избирательным законом, последовал целый
пакет законодательных актов и постановлений, практически ограничивших юрисдикцию
Грузии и постягнувших на ее территориальную целостность.
Вспомним также политику самоблокады и самоизоляции, которая нанесла огромный
ущерб экономике и международным связям Грузии.
После военного переворота в декабре-январе 1991-1992 гг. З. Гамсахурдиа вынужден
был оставить страну.
Весной 1992 года был создан Госсовет Грузии во главе с Э. Шеварднадзе, взявший
курс на установление международных связей с мировым сообществом. Ведущие страны
мира – США, Германия, Великобритания, Франция признали де-юре Грузию. Грузия
стала членом ООН и других международных организаций.
1 июля 1992 года Грузия установила дипломатические отношения с Россией. До
этого, при участии российских миротворческих сил были предприняты шаги по
прекращению грузино-осетинского военного конфликта.
Однако, летом 1992 года абхазские сепаратисты развязали настоящую войну против
Грузии, поводом к которой послужила передислокация грузинских правительственных
войск на территорию Абхазии, с целью защиты железнодорожной и автомобильной
магистрали от нападений и диверсий бандитских формирований экс-президента.
Причем, Ардзинба знал о предстоящей передислокации грузинских войск, с ним это
было согласовано, но, точная дата введения войск не была ему сообщена. Ответ
Ардзинбы и его команды оказался один – полномасштабная война.
Экономический и политический кризис, охвативший Грузию, отсутствие регулярной
армии, руководимой профессиональными военными, обрекли страну на поражение.
Раскол в грузинском обществе, обусловил многие последствия конфликта. Одной из
главных причин поражения, на наш взгляд, явилось также игнорирование российского
фактора, который сыграл важную роль в победе сепаратистов.
Несмотры на обращение президента России лично к Шеварднадзе с просьбой защитить
жедезнодорожную и автомобильную магистраль в Абхазии от диверсантов и
террористов, что осложняло экономическую связь России с Арменией, значительная
часть российского парламента, генералитета и окружения Б. Ельцина заняли
отрицательную позицию по факту ввода грузинских войск в Абхазию.
Отказ руководства Госсовета Грузии войти в СНГ, которое считало эту организацию
аморфной, не имеющей никакого будущего, безусловно сыграл отрицательную роль при
формулировании позиции России в отношении грузино-абхазского вооруженного
конфликта, тем более, что абхазские сепаратисты кричали о своем желании
присоединиться к ней.
Сентенция академика А. Сахарова, произнесенная им в Верховном Совете бывшего
Союза, о том что Грузия является «малой империей», а также проигрыш
информационной «войны» сделали свое «черное» дело в антигрузинском настрое
значительной части российского общества.
Все это в конечном итоге привело к тому, что абхазские сепаратисты получили
мощную финансовую, вооруженную и экономическую поддержку со стороны северного
соседа. Кроме того, был недооценен фактор возможной помощи сепаратистам со
стороны конфедератов, Чечни и мусульманского мира. Грузино-абхазский вооруженный
конфликт, длившийся свыше года, унес тысячи человеческих жизней. Грузия
потерпела поражение, ей был нанесен огромный экономический и моральный ущерб.
Количество беженцев из Абхазии составило свыше 250 тысяч человек.
Россия в Грузии вела двойную игру. Она фактически помогла абхазам одержать
победу, но, с другой стороны, когда в Западной Грузии началась гражданская
война, развязанная экспрезидентом и его сторонниками, Э. Шеварднадзе, с помощью
российских моряков Черноморского флота сумел удержать власть в своих руках.
Действия по принципу «разделяй и властвуй», Россия добилась укрепления своих
позиций в Закавказье.
В условиях тяжелейшего политического кризиса руководство Грузии решило войти в
СНГ. Наметилось улучшение российско-грузинских отношений. Под давлением
правительства России и ООН абхазские сепаратисты вынуждены были сесть за стол
переговоров в Женеве, которые затем были продолжены в Москве. В настоящее время
грузино-абхазские переговоры с участием России и ООН приняли более интенсивный
характер. Успешно действует и миссия ОБСЕ в Грузии по урегулированию
грузино-осетинского конфликта. Начались непосредственные контакты между
грузинской и осетинской сторонами.
Однако миротворческая роль России в этноконфликтах, охвативших Грузию, должна
иметь свое логическое завершение – фактическое восстановление территориальной
целостности страны.
Поддержка сепаратизма в Закавказье обернулась для России событиями в Чечне.
Сепаратизм и территоризм являются одним из главных дестабилизирующих факторов в
постсоветском пространстве.
Как показывают события, российское руководство не имеет четко разработанной
политической концепции по отношению к Закавказью. Россия говорит о своих
стратегических интересах в регионе, однако ничего не делает для налаживания
равноправных, партнерских отношений с закавказскими республиками. Правда, после
того как США заявили о своих стратегических интересах в Закавказье и Центральной
Азии, Россия срочно подписала большой договор с Арменией о дружбе,
сотрудничестве и взаимопомощи.
Российская политика в Закавказье имеет одностороннюю ориентацию на Армению. Но
ведь Грузия занимает ключевую позицию в регионе, а Азербайджан обладает
огромными запасами нефти. И в интересах России наладить добрососедские отношения
с ними, иначе, она не сможет сохранить свое политическое и экономическое влияние
в Закавказье.
Сегодня ведущие страны Европы и США проявляют огромный интерес к восстановлению
закавказского транспортного коридора как кратчайшего пути из Европы в Азию и
освоению богатейших запасов топлива и сырья региона. Уже идет борьба между
сторонниками трех-четырех проектов транспортировки прикаспийской нефти и каждый
из проектов является альтернативой другим. Азербайджанские лидеры неоднозначно
заявляют, что ранняя нефть пойдет через территорию Российской Федерации в
Новороссийск, большая же нефть должна пройти через Грузию с выходом к
средиземноморским терминалам Турции.
Россия лоббирует, чтобы большая нефть пошла через ее территорию, что, по мнению
российских политиков, даст ей возможность усилить свое экономическое и
политическое влияние на Кавказе. А это значит, что определенные круги в России
заинтересованы в сохранении политической нестабильности в Грузии, чтобы
избавиться от нежелательного конкурента. Отсюда и искусственное затягивание
процессов мирного урегулирования конфликтов. Кроме того, коммунистическое
большинство Госдумы России, да и военные, по-видимому, не доверяют сегодняшней
политической элите Грузии и Э. Шеварднадзе за их «прозападную» ориентацию. Но
такая политика может привести к обратным результатам – к потере Россией своих
позиций в Закавказье.
Открытие закавказского траспортного коридора имеет важнейшее значение для
экономической и политической стабилизации в крае. Это поможет улучшению
материального положения населения и будет содействовать экономическим и
политическим реформам в регионе, привлечению иностранных инвестиций, увеличению
занятости населения.
Но для осуществления вышесказанного нужна согласованная и тщательно
сбалансированная политика со стороны закавказских республик. Нельзя повторять
ошибок недавнего прошлого, когда после распада Российской империи в 1918-1921
гг. были образованы три независимые республики – Грузия, Армения, Азербайджан.
И тогда, весной 1919 года правительство Грузии в своем меморандуме от 14 марта
на имя Парижской мирной конференции выразило желание восстановить древний
шелковый путь, проходивший через Закавказье. В меморандуме, в частности,
отмечалось: «Великая миссия, предназначенная Закавказью в силу его
географического положения, заключается в том, что она откроет путь для
экономических и духовных связей между Европой и странами Центарльной и Передней
Азии...».(*2)
Англия, Франция, Италия и США проявили тогда большой интерес к освоению
кавказского траспортного коридора, установлению протектората над регионом, но
ввиду не согласованной внешней политики, постоянных междоусобиц из-за границ
между закавказскими республиками и этноконфликтов в них, ведущие страны мира
отказались от этой идеи.(*3)
В то же время, советская Россия, хорошо понимая стратегическое значение
Закавказья, сделала все, чтобы утвердиться в нем.
30 ноября 1920 года газета «Правда» опубликовала интервью с наркомом по делам
национальностей И. Сталиным, в котором с полной наглядностью были изложены планы
руководства советской России по отношению к Закавказью в целом: «Важное значение
Кавказа для революции, – отмечал Сталин, – определяется не только тем, что он
является источником сырья, топлива и продовольствия, но положением между Европой
и Азией, в частности, между Россией и Труцией, и наличием важнейших
экономических и стратегических Дорог (Батум-Баку, Батум-Тавриз,
Батум-Тавриз-Эрзерум).
Все это учитывается Антантой, которая, владея ныне Константинополем, этим ключом
Черного моря, хотела бы сохранить прямую дорогу на восток через Закавказье. Кто
утвердится в конце концов на Кавказе, кто будет пользоваться нефтью и
наиважнейшими дорогами, ведущими вглубь Азии, револющия или Антанта, – в этом
весь вопрос».(*4)
И Москва осуществила в 1920-1921 гг. насильственную советизацию Закавказья, что
и привело к ликвидации независимости Грузии, Азербайджана и Армении.
За годы советского тоталитарного режима нарушались демократические права как
абхазского, осетинского так и грузинского народов, особенно в 30-50-х годах.
Помимо политических репрессий создавались искусственные препятствия развитию
абхазского языка, литературы и т.д. В частности, преподавание на абхазском языке
в школах велось только в начальных классах.
В 60-70-х гг. началось исправление этих деформаций в Абхазии. Однако, этот
положительный процесс вскоре принял однобокий характер, что проявилось в
дискриминации неабхазского большинства в республике – грузин, русских, армян,
греков со стороны сформулировавшейся к этому периоду моноэтнической
номенклатурной верхушки. Именно эта номенклатурная верхушка, не желая расстаться
со своими привилегиями и властью, поддержала Москву и выступила против
демократических реформ в Грузии и ее независимости.
История учит, что после распада Российской империи в 1917 г. начавшееся
отчуждение Абхазии от Грузии удалось преодолеть путем переговоров и разумных
компромиссов. В результате чего и было достигнуто взаисмопонимание между двумя
братскими народами.
И сегодняшнюю конфронтацию между грузинами и абхазами, грузинами и осетинами
необходимо преодолеть путем переговоров и взаимных уступок, что поможет достичь
желаемого консенсуса между сторонами.
* * *
Предметом исследования в настоящей работе являются исторические предпосылки
современного сепаратизма в Грузии. Автор поставил перед собой задачу показать
читателю (на основе фактов и документов) как развивались взаимоотношения между
грузинами и абхазами, грузинами и осетинами в первой четверти XX века и какова
была роль царской и советской России в этих отношениях.
Нами изучены и исследованы фонды Российского Центра хранения и изучения
документов новейшей истории (РЦХИДНИ), личные фонды Сталина и Орджоникидзе,
центрального государственного исторического архива Грузии (ЦГИА Грузии), архива
внешней политики СССР (АВП СССР), а также фонды архива правительства Грузинской
Демократической Республики, хранящиеся в Хоугтонской библиотеке редких рукописей
Гарвардского университета (Georgian Archive Harvard University). Это стало
возможным во время научной командировки автора в США в 1988-1989 гг. Именно
тогда этот архив был открыт для исследователей.
Мы хотим выразить глубокую благодарность доценту О. Дадиани, внуку П.
Сакварелидзе – председателя конституционной комиссии парламента Грузинской
Демократической Республики, за предоставленную возможность ознакомиться с
документами Народного Совета Абхазии (1918-1920 гг.) из личного архива этого
известного политического деятеля (См. эти документы в приложении).
Notes:
1. С.М. Червонная. «Абхазия – 1992:
посткоммунистическая Вандея». М., 1993 г.
2. Оккупация и фактическая аннексия
Грузии. Составитель А. Ментешашвили. Тб., 1990 г., стр. 62.
3. А. Ментешашвили. Грузинская
Демократическая Республика (1918-1921 гг.) и западные страны. Журнал «Вопросы
истории», М., №9, 1996 г., стр. 129-134.
4. И.В. Сталин, Соч., т.4, с.408.